«Сыскать в Казани самых лучших и больших котов, удобных к ловлению мышей, прислать в С.-Петербург ко двору Ея Императорского Величества».
Под этим документом стоит подпись императрицы Елизаветы Петровны. Называется этот уникальный пример законотворчества «Указ о высылке ко двору котов». 1745 год.
В ту пору императрица жила в небольшом дворце на углу Невского и Большой Морской улицы, поэтому котов потребовалось немного.
Когда Екатерина Вторая поселилась в Зимнем, Елизаветинским котам нашли подкрепление и переселили их по новому адресу. Четвероногих приближенных стали именовать «зимнедворскими» и тут же подвергли классовому расслоению.
Тех, кто прошел кастинг, перевели в разряд «комнатных», остальных до императорского тела не допустили и обозвали «дворовыми». Комнатные служили живым декором — они хорошо питались, спали в корзинах для переноски дров и порой могли поконкурировать даже с сэром Томасом Андерсоном — любимой левреткой императрицы.
Дворовые же обитали во внутренних двориках и подвалах дворца, защищали империю от грызунов и тоже неплохо себя чувствовали.
Революцию эрмитажные животные пережили, а вот блокаду — едва ли. В Ленинграде в ту пору развелось огромное количество крыс, всех кошек в городе съели. Кошка стоила на рынке буханку хлеба — состояние!
Известен исторический факт. Сразу после прорыва блокады в город из центральных регионов страны пришли два эшелона с кошками. За ними выстроилась огромная очередь. Многим не хватило, но, естественно, Эрмитаж снабдили крысоловами в приоритетном порядке.
Спустя пару десятилетий «эрмики» (так называют своих любимцев работники музея) успели так обнаглеть, что их приходилось сгонять с царского трона, а некая Муська однажды испортила директору Эрмитажа какой-то очень важный документ.
В порыве ярости он распорядился изгнать хвостатых из дворца. Но уже через несколько лет, почувствовав существенную разницу между кошками и крысами, эрмитажное руководство было вынуждено снова рекрутировать кошачье поголовье на борьбу за культурное наследие.
Это было в шестидесятые годы. Котам нового призыва пришлось схлестнуться с грызунами по полной программе. И была битва титанов. О ней сотрудники со стажем до сих пор рассказывают легенды.
Например, был такой титан — Васька-Юрист. Вторую половину прозвища он получил за то, что одно время любил захаживать в кабинет юрисконсультов. Но это было уже в те времена, когда ловить этому коту в подвалах Эрмитажа стало нечего, и Юриста начал терзать творческий кризис. Он долго не мог найти себе применения и наконец его отыскал.
Местом своей службы Васька выбрал главный подъезд , он стал самым настоящим котом-швейцаром.
Каждое утро, минут за двадцать до открытия, наш Юрист приходил «на работу» и громко возмущался, что двери до сих пор заперты. Когда же людей начинали пускать, он ложился на ступеньки и требовал от посетителей внимания. С каждым находил общий язык. Особенно любил детей, иностранцев и уборщиц.
Со шваброй играл до глубокой старости.
Все три картинки на этой странице класс! Муркиз, white, white 
