Часть первая, лирическая.
Блестит советская витрина.
В далёком семьдесят восьмом,
сверкая белой краской, "Дина"
пришла в советский гастроном.
Подобно роботу из сказки,
с пультом массивным на гофре,
свои неоновые глазки
всё строит "Дина" детворе.
Тут посетитель магазина,
поправив вежливо усы,
спросил: - Но кто такая Дина?
- Не кто, а что. Она - весы.
- Весы? По гороскопу, что ли?
- Нет. Гороскопы - это муть.
И "Дины" незавидной доли
не дай Господь кому-нибудь.
Часть вторая, трагическая.
Она беспомощно лежала
на покосившемся столе.
Рабы немые драгметалла
были слегка навеселе.
Из "Дины" микросхемы драли
и конденсаторы КМ.
А индикаторы рыдали,
мечтая током дать им всем.
Вблизи вязанка дров горела
под трансформатором, где медь.
Потом пойдёт и корпус в дело -
он алюминиевый ведь!
Она беспомощно лежала
разобранная на столе.
Рабы презренного металла
будут опять навеселе.
Часть третья, оптимистичная, которая ещё не состоялась.
Вот по подвалу магазина
команда дружная идёт.
Вдруг возглас: - Ба! Да это "Дина"!
звучит на весь "Радиокот".
Что с нею старость натворила -
слой пыли с палец толщиной,
почти обсыпались белила.
Но это всё фигня фигнёй.
Ведь главное - энтузиасты
теперь ей точно не спеша
вернут "откинутые ласты".
Вновь будет "Дина" хороша!
А в заключенье оды "Дине"
скажу сквозь пелену веков
тебе, читатель, что и ныне
она весее всех весов!




