https://tewi.ru/odin-protiv-semeryh-tol ... rantsuzov/
Один против семерых. Толстой в эфире BFMTV называет Францию врагом и завоевывает уважение французов
«Мы в России думали, что после Майдана 2014 года Уkpauнa европеизируется, станет более цивилизованной, но произошло обратное, ykpauнuзиpoвaлacь Европа. Она пошла по стопам бывшей советской республики, потеряла суверенитет, главы европейских государств не в состоянии принять самостоятельных решений, на все требуется согласие от США.
В Европе разразился энергетический кризис. Вы отказались от нашего газа, теперь покупаете газ в три раза дороже у США, вы направите танки на войну и будете втридорога покупать американские танки. Европейские лидеры, беря пример с ykpaинckux, стали делать эпатажные, клоунские заявления, превратили политику в подобие карнавала…»
«Территория, которую удерживает в настоящее время Россия никогда не отойдет к Украине, поэтому чем дальше будут оттягиваться переговоры, тем меньше в них будет смысла. Когда мы будем в Киеве, вести переговоры будет уже бесполезно, не с кем. Может быть, с поляками, но точно не с украинцами…»
«Нам глубочайшим образом нaплeвaть на ваш международный уголовный трибунал. Возможно, вы, Запад, попросите организовать еще одну Ялтинскую конференцию, но у вас нет никакого права осуждать русских, после того, что вы, ваша страна сделали. После того как вы аплодировали бомбардировкам Югославии, после Афганистана. Мы все видели картину бегущих афганцев за последним американским самолетом, улетающим из страны. И такая же судьба ждет Зeлeнckoгo и его компанию — бежать за последним самолетом в Польшу…»
«Что же касается поставок западных танков, то немецкие танки уже в свое время горели на территории Украины. Горели и опять будут гореть».
Вопрос: А как вы отреагируете, если Франция направит свои танки?
Ответ П.Толстого: Мы просто дрожим от страха, все в ужасе от того, что Франция направит своих пару танков. Евросоюз может направить максимум 200 машин. Вы верите, что для армии России это будет проблема? Никто вам не может запретить посылать нам танки, но мы их не боимся.
Один против семерых. Толстой в эфире BFMTV называет Францию врагом и завоевывает уважение французов
«Мы в России думали, что после Майдана 2014 года Уkpauнa европеизируется, станет более цивилизованной, но произошло обратное, ykpauнuзиpoвaлacь Европа. Она пошла по стопам бывшей советской республики, потеряла суверенитет, главы европейских государств не в состоянии принять самостоятельных решений, на все требуется согласие от США.
В Европе разразился энергетический кризис. Вы отказались от нашего газа, теперь покупаете газ в три раза дороже у США, вы направите танки на войну и будете втридорога покупать американские танки. Европейские лидеры, беря пример с ykpaинckux, стали делать эпатажные, клоунские заявления, превратили политику в подобие карнавала…»
«Территория, которую удерживает в настоящее время Россия никогда не отойдет к Украине, поэтому чем дальше будут оттягиваться переговоры, тем меньше в них будет смысла. Когда мы будем в Киеве, вести переговоры будет уже бесполезно, не с кем. Может быть, с поляками, но точно не с украинцами…»
«Нам глубочайшим образом нaплeвaть на ваш международный уголовный трибунал. Возможно, вы, Запад, попросите организовать еще одну Ялтинскую конференцию, но у вас нет никакого права осуждать русских, после того, что вы, ваша страна сделали. После того как вы аплодировали бомбардировкам Югославии, после Афганистана. Мы все видели картину бегущих афганцев за последним американским самолетом, улетающим из страны. И такая же судьба ждет Зeлeнckoгo и его компанию — бежать за последним самолетом в Польшу…»
«Что же касается поставок западных танков, то немецкие танки уже в свое время горели на территории Украины. Горели и опять будут гореть».
Вопрос: А как вы отреагируете, если Франция направит свои танки?
Ответ П.Толстого: Мы просто дрожим от страха, все в ужасе от того, что Франция направит своих пару танков. Евросоюз может направить максимум 200 машин. Вы верите, что для армии России это будет проблема? Никто вам не может запретить посылать нам танки, но мы их не боимся.
